К юбилею  со дня рождения Достоевского во Франции десятки театров поставили его произведения, которые и  так никогда не исчезали с французской сцены. Литературоведы вспоминают его парижский роман с Апполинарией Сусловой, стараясь не замечать, как негативно Достоевский первоначально воспринял и Париж, и самих французов. "Ах, Париж прескучнейший город, и если б не было в нем очень много действительно слишком замечательных вещей, то, право, можно бы умереть со скуки. Французы, ей-богу, такой народ, от которого тошнит... Француз тих, честен, вежлив, но фальшив, и деньги у него - всё. Идеала никакого".

"Не только убеждений, но даже размышлений не спрашивайте. Уровень общего образования низок до крайности (я не говорю про присяжных ученых. Но ведь тех немного; да и, наконец, разве ученость есть образование в том смысле, как мы привыкли понимать это слово?). Вы, может быть, посмеетесь, что я так сужу, всего еще только десять дней пробыв в Париже. Согласен; но 1) то, что я видел в эти десять дней, подтверждает покамест мою мысль, а во-2-х) есть некоторые факты, которых заметить и понять достаточно полчаса, но которые ясно обозначают целые стороны общественного состояния, именно тем, что эти факты возможны, существуют."

Оставим на совести Достоевского то, что он рассуждает обо всем национальном характере, находясь всего десять дней в новой стране. В стране, которая за пятьдесят лет  пережила три революции «за идеалы», о чем Федор Михайлович был прекрасно осведомлен.
Но что -бы не писал Достоевский о французах, среди них всегда было множество его читателей.  И не только читателей. Французский режиссер Шанталь  Морель поставила уже несколько пьес Достоевского, которые длятся по пять-шесть часов, и при этом, собирают полные залы тех же самых «бездуховных» французов, столь критикуемых  когда-то Федором Михайловичем

РУССКИЙ МИР.RU №4, Апрель 2010 ⁄ Приглашение к диалогу

Василий Перов. Портрет писателя Фёдора Михайловича Достоевского. 1872.
Москва, Государственная Третьяковская галерея.